Мицва, или Как я летел из Израиля в Америку

Все верующие люди, независимо от национальности и вероисповедания, знают, что такое благой поступок. Но далеко не у каждого, например, христианина, который собрался помочь едва знакомому человеку, серьезно помочь, не пронесется в голове мысль: “Мне за добро воздастся! Наверное. Должно!” У евреев таких мыслей не бывает. Мицва у евреев в крови. Других вариантов они просто не знают и даже не раздумывают, как поступить, если кому-то требуется помощь, а они могут ее оказать.

МицваВ апреле 2001 года я добрался до берегов Америки. Честно говоря, ехать одному было не очень комфортно: побаивался уезжать из Израиля, покидая дом и мою семью. Ехал я в полную неизвестность, так как кроме израильского паспорта с американской десятилетней визой у меня ничего за душой больше не было.Так что ехал, как говорится, на удачу. Всем известно, что Израиль демократическая страна, созданная Богом, для проживания там евреев и членов их семей, а я своих членов оставил на исторической родине, и из-за этого тоже сильно переживал. Но моя Лялечка готовила меня к этому серьезному шагу и приговаривала: «Не боись, давай попробуем, Америка всем дает шанс!» Надо заметить, что ехал я не на деревню к дедушке, а по договоренности с нашим добрым другом, проживающем на Брайтон бич, признаным крестным отцом русского шансона Мише Гулько.

Ну вот, проводы позади, и самолет взмыл ввысь, унося меня из любимого мной Израиля, а впереди маячил Нью-Йорк. А пока я крутил в голове, как прилечу, как пройду паспортный контроль, о чем меня будут спрашивать американские погранцы, куда я еду, к кому, зачем…Мне же нужно было получить печать в паспорте на пребывание в Америке на полгода, и я переживал по этому поводу тоже. Мой английский был на уровне седьмого класса московской спецшколы с английским языком, в которой нас учили, видимо, не общаться с иностранцами. Мои познания давали мне возможность послушать, что говорят, и пробекать кое-что в ответ. На радость, рядышком со мной в самолете расположилась семья из трех человек: папа и двое пацанчиков в кипочках лет тринадцати на вид. И я понял: вот оно, мое спасение!

Говорили они между собой на английском, вставляя слова на иврите. Я разговорился с мальчишками, и их отец также вступил в наш разговор. В общем, эти замечательные люди взяли надо мной шефство. Прилетев в Нью-Йорк, мы вместе вышли из аэропорта, Шимон, как звали отца детей, сказал на границе, что я их родственник, и мне без проблем поставили полугодовую визу. Я был безмерно счастлив.

 

 

Оставить комментарий